Лена Кречман (playmother) wrote,
Лена Кречман
playmother

Рассказ "Кольцо" (13 т. з.) про любовь


Друзья, в очередной раз написала рассказ. Про любовь и реинкарнацию.

Заранее спасибо за внимание.

Верно я опять плакала, потому что она взяла меня на руки: мягкая, теплая, ласковая, пахнущая нежно и баюкала на руках, приговаривая «мой маленький».
Она всегда говорит мне «маленький» или «сынок». Я пока не знаю почему.
Я смотрю на нее и когда открываю рот рассказать что-то о себе - вырывается только гуканье, звуки, не больше.

Она часто кормит меня своим сладковатым молоком. Мне нравится быть с ней рядом, но я часто проваливаюсь в темноту и сквозь нее просачиваются воспоминания.

Вот тот день я вижу очень четко, словно и сейчас нахожусь в его рассыпчатой реальности. Даже запахи, мимолетные мысли, теплые впечатления - все глухо ноет в сердце, словно облитое мягкими оттенками сепии.

В свежем сентябрьском воздухе, пронизанном солнечными лучами с танцующими в них пылинками, висело особое, смутное ощущение. Я вышла из золотистого сада и свернула в узкую городскую улочку.

Первое занятие и я спешу, ощупывая в груди странное, сладковатое предчувствие. Но предчувствие чего? Из под ног неожиданно вспорхнули голуби, путаясь в пространстве и глупо хлопая крыльями. Я оббежала их и прибавила шагу.

Справа тянулась стена со слепыми, желтыми арками, а впереди я уже видела тот самый дом: красно-кирпичный, словно обожженный временем.

Три стертые клавиши кодового замка и дверь открывается, впустив в подъезд. Впереди старая лестница - я стала подниматься по светло-серым ступенькам на последний этаж.
Дверь открыла немного растрепанная девушка. Она улыбалась, а я почему-то не улыбнулась в ответ. Вдруг мне стало очень тревожно и захотелось сбежать. За пару секунд, пока снимала свое шерстяное пальто с небольшим меховым воротником, я представила как быстро сбегаю по лестнице вниз, распахиваю дверь и несусь куда глаза глядят, пока не достигаю набережной…

Но в коридор вышел еще кто-то и видение моего побега рассеялось. Я прошла в квартиру.

Помыла руки в туалете - помню, как мимолетно взглянула на отражение в зеркале. К щекам прилила кровь и меня немного трясло. Почему я не знала, просто с замиранием сердца зашла в громадную комнату, напоминающую бальную залу.

Там уже сидело несколько человек. Посередине был расстелен большой персидский ковер со сложным орнаментальным рисунком.

Один человек сидел под окном, освещенный лучами солнца и безмятежно улыбался. Его улыбка словно полоснула меня по волновавшемуся сердцу. Я почувствовала, что лицо мое горит и я быстро села у стены так, словно у меня подкосились ноги.

Я точно знала, что никогда не встречала его в этой жизни, но он был мне очень знаком.
В сердце шевелилось что-то щемящее. Он посмотрел на меня своими глубокими темными глазами и внутри у меня сладко дернулось и оборвалось. Я летела и горела под этим электрическим взглядом.

Он говорил, он был учителем, он объяснял и мы отвечали ему. А я знала одно: если он взлетит, то и я взлечу. Если нужно вырезать свое сердце и подарить ему - я подарю. Мне хотелось идти за ним всюду, просто быть рядом. Безумные-безумные мысли, но я чувствовала, что иначе быть не может.
Он тоже сразу обратил на меня внимание.

В тот же вечер мы вышли вместе. Не одна я сбежала так глупо к набережной, но мы вдвоем дошли до прохладного ветерка, дующего с большой реки, охваченной отполированным гранитом.
И говорили, говорили, говорили.
Я смотрела в темные речные воды и в них мне чудились его глаза, а в его глазах мне чудилась темная вода. Я тонула…


Хорошенький малыш лежал в уютной кроватке. Нина снова подошла посмотреть на него. Это ее первый ребенок и было немного страшно: такой нежный и хрупкий. Он часто плакал во сне и бабушка говорила, что это животиком мучается.
Тогда Нина подходила к кроватке, вынимала ребеночка и покачав на ручках, прикладывала к груди.

- Кушай, мой маленький сынок, - говорила она, глядя на своего сладкого малыша. Сейчас ей еще не верилось, что когда-нибудь он вырастет в большого, взрослого мужчину.
Она целовала сладкие, маленькие пальчики, умилялась и переживала одновременно.

«Он так плохо спит» - иногда думала она с тревогой. Но быстро успокаивалась - «Скоро подрастет и это пройдет». Так подсказывало ее доброе материнское сердце.

Темная копна волос с небольшой проседью, извечная легкая небритость на щеках и открытый магический взгляд сводили меня в Алексее с ума. А еще он был очень добр и мил.

Мы могли долго гулять вместе по осеннему городу, пропитанному ароматом приближающейся зимы. Однажды мы увидели маленькую нищенку и я увидела, что Алексей как-то сразу изменился в лице. У него был вид человека, который увидел что-то очень грустное и славное одновременно. Он сострадал ей и хотел помочь.

Алексей быстро достал из кармана яблоко и сунул в ее маленькую, грязную ручку. Она приняла дар и тогда он спросил как ее зовут, но девчушка испугалась и убежала. Я посмотрела в лицо Алексея и увидела, что из его глаз текут слезы.

- Можно я обниму тебя? - вдруг спросил он, - мне холодно, Инна.

Мы обнялись и стояли посреди улицы, усыпанной бардово-желтыми кленовыми листьями. Он гладил меня по волосам и рассказывал про свою маленькую сестренку. Она умерла в возрасте семи лет от болезни легких.

Алексей не был похож на других. И мы чувствовали, словно никогда не расставались и никогда не встречались, а просто всегда были вместе. Мы не ходили, а летали опьяненные друг другом, бродя в свободное время по городу, который все чаще казался мне картонной декорацией к нашей невероятной любви.

В один из солнечных дней в город пришли страшные вести. Война вошла в страну и приближалась к нашему городу. Я помню как мы тряслись в трамвае с исцарапанными запотевшими стеклами, горящими в солнце и держались за холодные серые поручни. Помню, как я смотрела на полусодранный коричневый дермантин сидений и смутно внутри чувствовала нечто похожее, разодранное в своем сердце.

Я сразу потеряла работу и все вокруг словно погрузилось в оцепенение.
Мне стало казаться, что реальность стремительно выцветает походя на старый даггеротип из семейного альбома.
По ночам он крепко обнимал меня и мы не спали почти до самого рассвета, беседуя и плавая в волнах захватывающей нежности.

Алексей перестал преподавать и пошел работать на завод - нужно было производить орудия убийства врагов. Мы не могли расстаться, мне было очень тревожно. Я вцеплялась в него и не отпускала, но он целовал меня очень нежно и просил разрешения идти. Нам нужны были деньги.

В магазинах исчезали продукты, а однажды я услышала выстрелы. По приемникам развешанным на зданиях стали объявлять о началах обстрелов города. Нужно было прятаться. На город стали лететь бомбы по ночам. Моя подруга Люда позвонила и сказала, что в центре опасно. После этого телефонная связь перестала работать.

Алексей изо всех сил старался избегать темы войны и развлекал меня рассказами о своем прошлом, о семейных традициях своей семьи. Однажды вечером, когда мы в темноте сидели на кухне и пили чай, он сказал, что брат из другого города должен приехать и привезти кольцо, которое завещала ему мама. Она умерла довольно молодой женщиной и у нее было очень красивое обручальное кольцо. Перед смертью она сказала, что Алексей должен будет подарить его своей будущей жене.

- Я бы не рассказал тебе, это сюрприз вообще-то, но подумал «а пусть она знает!». Ты же пойдешь за меня замуж, родная?

Из глаз моих полились слезы. И от счастья и от горького предчувствия, что наш ждет впереди что-то большое и темное.
Ночью мне приснился кошмар, что я потеряла Алексея и брожу по разбомбленному городу в одиночестве. Увидев лужу крови на асфальте проснулась в слезах, а он успокаивал меня как мог.


Нина вскочила с постели: малыш снова плакал в своей кроватке. Ей даже казалось, что он плачет не от физической боли. Но она отогнала эти мысли. Младенцу всего шесть месяцев, он растет.
Она прижала сыночка к груди и стала качать, целуя в макушку. Алексей некоторое время всхлипывал, а потом затих и заснул. Нина решила не класть его обратно, а положить в их с мужем большую кровать. «Пусть спит между мужем и мной, здесь ему будет спокойно» решила она. Муж не был против, он только повернулся, посмотрел сонным глазом и понимающе кивнув, отвернулся снова.

«Спи моя радость, усни» - думала Нина с нежностью.

В один из дней Алексей пришел бледный и расстроенный. Я сразу заметила, что с ним что-то не так. Он не хотел меня пугать, но сказал, что в городе опасно.

- Милая моя, если придется выходить, прячь волосы под платок и быстро, буквально туда-обратно. А лучше и вовсе никуда не ходи!

Увидев в моих глазах слезы и страх, сразу обнял:

- Прости меня, дурака, ну вот напугал тебя. Инночка, я сегодня видел мародеров. Свои же убили человека, ограбили. Несколько человек вломились в магазин. Они не понимают, что творят. Не понимают!

Транспорт не ходил по улицам больше. Обесточили трамваи и троллейбусы. Встали автобусы. Алексей добирался до завода пешком. В мирное время это могло быть приятной прогулкой…

Я маялась от дурных предчувствий, изо всех сил отгоняла их. Ночью мне снилось огненное кольцо, а потом туман и какие-то неприятные шевеления в этом тумане.

Выпал первый снег и растаял, полился холодными слезами по асфальту. Затем выпал снова и подморозило. По радио передали, что враг взял город в кольцо. Что будут бомбить.
С продуктами была проблема. Мы ели один только рис без соли, но Алексей готовил с таким чувством, что это было вкусно.

Я иногда ходила за водой к реке, просто чтобы выйти из дома, хотя чаще ходил он. И вот настал день, когда вся вода закончилась. И я решила выйти. Заплела рыжие волосы в косу, накрыла их черным платком и с двумя десятилитровыми бутылями вышла из дома.

Изредка на пути встречались мне люди: кто-то тоже нес воду. Один человек, замотанный в шарф по самые глаза дернулся было ко мне, но я резко отшатнулась от него и он пошел дальше.

Небо было укрыто белесыми облаками и только в нескольких местах просвечивали голубые дыры.

Было зябко и асфальт покрылся ледяной коркой. Я быстро шла к реке. Мне было не по себе.

Спустившись по гранитной лестнице я подошла к воде. Она еще не застыла и задумчиво колыхалась, глухо булькая о каменную преграду. Набрав воды я поднялась по ступенькам и увидела человека.

Острые черты лица и колкий взгляд напугали меня. Левый глаз у него был рассечен глубоким шрамом, на губах играла неприятная ухмылка. Он недобро смотрел на меня, я хотела пройти, но он преградил мне путь:

- Куда спешишь, красавица? Прогуляемся со мной!

Я бросила бутыли и дернулась бежать, но скользкий асфальт не позволил сделать это быстро. Он сорвал с моей головы платок и схватил за косу.

- Эй ты, ну-ка отпусти девушку! - Это был родной, любимый голос.

- А ты что, красава, нарываешься? Ну хрен с ней, иди сюда, с тобой разберусь, потом с ней закончу!

Я вспомнила, как Алексей рассказывал, что сначала с врагом нужно пытаться договориться. Неужели он и сейчас хочет это сделать?

- Спокойно, это моя невеста. Отпустите ее и разойдемся с миром, - мягко увещевал Алексей, подходя все ближе и ближе.

Все происходило быстро, но я чувствовала, что улица опустела. Мы были одни и никто не хотел нам помочь.

Вдруг злодей выхватил из-за пазухи большой нож и бросившись на Алексея… Нет, я не могу так просто вспоминать. Перехватывает дыхание, в глазах темнеет. Мне кажется я помню как рушилось голубое небо и падал высокий картонный дом через дорогу. Что за звенящая тишина? Он вонзил нож в грудь Алексея и раздались сирены. Сразу. Предупреждение о бомбежке.

Убийца бежал. Я бросилась к любимому, он упал на обледеневший асфальт и со странной улыбкой смотрел в небо. Растегнув пальто, я увидела расплывающееся красное пятно.

- Вот родная, в руке, в правой. Посмотри, пальцы коченеют не могу… Посмотри, братишка приехал, привез…

Я что-то говорила ему, не знаю, не помню, но помню как открыла его правую ладонь и как ослепило - кольцо! Обняла его, а сирены кричали, но не брошу. Не брошу!

Милый, любимый мой…

Что-то громыхнуло, посыпалось, заволокло черным дымом и все… Тишина, полет. Мы снова будем вместе.



Алексей рос послушным, углубленным в себя мальчиком. Играл с другими, но немного. Часто садился и думал о чем-то своем. Очень любил маму и нравилось ему ее красивое кольцо на правой руке.
Отец Алексея пять лет назад пропал без вести в горячей точке, но Нина оставила кольцо и решила, что никогда больше не выйдет замуж. Она ждала своего любимого мужа, хотя и понимала, что скорее всего он уже мертв. Алексей про отца не спрашивал, ему было уже семь лет.

Однажды они вышли погулять на осеннюю улицу. Подморозило, падали желтые листья, светило солнце. Зайдя на детскую площадку, Нина присела на скамейку, а Алексей пошел задумчиво к деревянным детским комплексам. Там гуляла красивая девочка его возраста. Из под зеленого берета струились вниз волнистые рыжие волосы.

Как-то незаметно они сошлись, стали играть и бегать друг за другом, колоть тонкий лед. Когда Нина позвала его домой, он не хотел уходить. Тогда она подошла к детям и увидела, что Алексей держит девочку за руку.

- Мам, ее Инна зовут. Она сюда недавно переехала.

- Ну хорошо, Инна ты завтра придешь сюда гулять?

- Да, конечно! - радостно отозвалась девочка, - я няню попрошу, вон она там, на скамейке сидит.

- Ну вот и славно, - сказала Нина добродушно, - тогда давайте дети сейчас мы пойдем домой, а завтра вы снова встретитесь на этой площадке.

Когда они шли домой, Алексей был необычно оживлен и рассказывал о том, какая Инна интересная и хорошая девочка. Нина подумала о том, что это хорошо - у сына появилась подруга.

Вечером, он подошел к маме и очень серьезно сказал:

- А когда придет время, я ей твое кольцо подарю.

Tags: мама пишет, рассказ
Subscribe

Posts from This Journal “рассказ” Tag

  • Типа стихи 1

    По берегу солнца, горячего как кипяток Танцуем блаженно, а ноги уходят в песок Какие печали забыл ты в далеком краю? Как дым растворились, но я не…

  • Моя книга на Самлибе

    Дорогие друзья, все кто хотел почитать книжку в онлайне - милости прошу: НЕ ВРЕМЯ ДЛЯ ВЕЧНОСТИ выложен на самлибе. Я так понимаю, что там же можно…

  • 389098 воплощение душ 03011145678, 03011145679 (из романа "Не время для вечности")

    Иша читает книгу: «Солнце закатилось за горизонт и прохладная тьма, опустилась на долину. Маленькие ноги спустились с деревянной кровати и…

promo playmother january 19, 2017 19:02 6
Buy for 50 tokens
Я изготавливаю для блога только стопроцентно авторские материалы. О детях и о жизни, а также нет-нет выкладываю дурацкие рисунки и прочие благоглупости. Отныне официально заявляю рекламе - ДА. Но я дорожу своими читателями и никогда не буду советовать что-то некачественное и…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments